Виниловая пластинка Leon Thomas — Spirits Known And Unknown (Analogue)

Леон Томас (вокал, перкуссия); Фараон Сандерс (саксофон); Джеймс Сполдинг (как, Флорида); Лонни Листон Смит (п); Сесил Макби, Ричард Дэвис (б); Рой Хейнс (доктор); Ричард Ландрам (бго)
Дебютная сольная запись Леона Томаса после его работы с Pharoah Sanders представляет собой приятное для слуха сотрудничество с рядом музыкантов, включая басиста Сесила Макби, флейтиста Джеймса Сполдинга, Роя Хейнса, Лонни Листона Смита, Ричарда Дэвиса и Сандерса (здесь называемый «Литл-Рок») и т. д. Личный вокальный эффект Томаса, лучше всего описываемый как йодль, здесь находится в прекрасной форме и сочетается с уникальным лирическим стилем и его фирменным скат-пением Focus. переехал.
Сет открывается укороченной, более лирической версией фирменной песни Томаса «The Creator Has A Master Plan», тексты которой плавно и легко перетекают вместе с йодлем, который лишь мелькает в припевах. Другое дело — его собственная песня «One», ведомая фортепиано Дэвиса и центрирующая саксофон Сполдинга в середине трека, Томас здесь чередует скатывание и стонание, йодль и вой, над текстами, сквозь них, под ними и вопреки им. Это напряженная поездка, готовящаяся к великолепному «Echoes».
Эта композиция представляет собой самую духовную и воодушевляющую композицию Томаса, обладающую таинственным дрейфом мелодии, которая сливается с флейтой Сполдинга и набором пан-флейт, вспыхивающих и исчезающих в миксе, прежде чем на передний план выходит панихидное соло Томаса. Конец пластинки заглядывает в прошлое Томаса (он пел со всеми, от Каунта Бэйси до Гранта Грина и Мэри Лу Уильямс) и представляет собой весьма оригинальный взгляд на классическую песню Хораса Сильвера «Song For My Father». Томас привносит в мелодию столько эмоций, что удивительно, как он может держать ее под контролем. Вторая сторона формально более свободна с «Damn Nam», почти тирадой ненависти, в которой группа придерживается мелодичного видения и гармонических инноваций.
Есть также глубоко трогательная композиция «Malcolm’s Gone», совместная композиция Томаса и Сандерса, в которой чудесные валторны, твердые и правдивые, находятся в центре микса, а в импровизации царит дико духовная, дальневосточная атмосфера. Это самый длинный трек на альбоме и один из самых игнорируемых преступниками за всю долгую карьеру Томаса. Альбом завершается песней Белла и Хьюстона «Let The Rain Fall On Me». Это блестящий джазовый номер с прекрасным фортепианным соло Смита. Это конец дальновидного альбома со сладкой, духовной нотой.
В конечном счете, «Spirits Known And Unknown» — один из лучших моментов Томаса на виниле, доказывающий его универсальность и доступность для публики, которая слишком долго ассоциировала его слишком тесно с авангардом и фри-джазом.